Русский сионизм. Израильский «Третий храм».

10. Израильский «Третий Храм»: феномен сплавления опытов

Первые Три алийот были лишь началом возвращения еврейского народа на Землю Израиля. За ними последовали другие. И все они были вызваны внешними обстоятельствами, вынуждавшими евреев покидать насиженные места.
Четвертая алия (1924 — 1929 годы), состоявшая преимущественно из польских евреев, была вызвана антиеврейской политикой правительства Польши, получившей независимость после Первой мировой войны. Пятая алия (1930 — 1939 годы), состоявшая преимущественно из немецких евреев, была вызвана распространением нацистской идеологии в Германии и многократно увеличилась после прихода нацистов к власти. В конце 40-х — начале 50-х годов последовал исход сотен тысяч евреев из арабских стран, где возмущение воссозданием Государства Израиля очень быстро обернулось еврейскими погромами.
Отсюда можно сделать вывод, что Первые Три алийот, состоявшие преимущественно из евреев Российской империи, ничем от других алийот не отличались, коль скоро и в их случае юдофобия в разных своих проявлениях стала толчком к Исходу. (Первая алия, как уже было отмечено, была вызвана политикой императора Александра III; Вторая — событиями, предшествовавшими Первой русской революции; Третья — многочисленными проблемами, порожденными Октябрьской революцией и гражданской войной.)

Тем не менее, Первые Три Алийот из Российской империи стоят особняком как алийот создателей Государства, хотя в их время даже контуры этого Государства не вырисовывались. Их деятели были отцами-основателями и подобно всем отцам-основателям устанавливали нормы жизни для следующих поколений. Отсюда легко сделать вывод, будто все их отличие от остальных состоит в том, что они были первыми. Дело, однако, не в этом.
Первые Три Алийот изменили вектор еврейской истории: 2000-летний процесс рассеяния «до конца земли» они повернули вспять, инициировав обратный процесс — Исход, который еврейские пророки предсказали как «Исход из Земли Северной и всех земель«, и последовавший за этим киббуц галуйот (собирание рассеяных).
Вот это и отличает Первые Три Алийот от всех последующих.

*****

Магическое число — 40 лет.
40 лет бродили евреи по пустыне после Исхода из Египта, чтобы обрести Свободу, избавившись не столько от самого рабства, сколько от самосознания рабов.
40 лет в виде Первых Трех Алийот шел Исход из Российской империи. Массовый исход евреев из разных стран последовал лишь после того, как деятели Первых Трех Алийот, как по плану, осуществили то, о чем писали в своем Уставе члены «hеХалуц» и «Трудового батальона», вторя призыву пророка Исайи: «мостите путь, очищайте от камня, поднимайте знамя для народов«. Евреи оставляли территории, на которых обитали тысячелетиями и создали свои общины до того, как там поселились их нынешние хозяева: Вавилон (нынешний Ирак), Египет и проч. Оценить масштаб события можно лишь рассматривая его через призму ТаНаХа. Тогда все становится на свои места. Российская империя выделена особо как «Земля Северная», 40-летний Исход из которой проложил путь последующему исходу «из всех земель».
Разумеется, без массового исхода «из всех земель» само воссоздание Государства не только бы не состоялось, но и утратило бы смысл. Однако, первое 40-летие было временем проявления сути нового Исхода. Поэтому так важно понять, что же произошло именно тогда.
А произошли две принципиальные вещи.

*****

Во-первых, Первые Три Алийот своим опытом определили обязательное условие «Исхода из Земли Северной и всех земель». Этим условием является обретение Свободы от Закона.
Народ восстал против собственного Закона потому, что догадался, пусть не до конца этого осознавая: Закон настолько отдалил еврейский народ от мессианского идеала еврейских пророков, что сделал этот идеал недостижимым. Это произошло из-за того, что, с одной стороны, Закон своей тотальной властью полностью подавил личность еврея, породив в нем чувство фатализма, замаскированное под перекладывание на Машиаха всего того, что призван сделать Человек. С другой же стороны, Закон настолько обессмыслил солидарность евреев, что сделал ее невозможной даже на национальном уровне, не говоря уже о предсказанной пророками солидарности на уровне универсальном, общечеловеческом.
40-летняя история Первых Трех Алийот позволяет проследить за процессом обретения Свободы от порабощения Законом: отдельной личностью от парализующего действия Закона; народом от действия Закона, разрушающего солидарность.
Чтобы решиться на такое деяние, необходима была бескомпромиссная верность мессианскому идеалу еврейских пророков. Целиком и полностью ее сохранила только та часть народа, которая участвовала в возвращении на Землю Сиона в первое 40-етие Исхода. Именно им, деятелям Первых Трех Алийот пришлось биться над рационализацией своей верности Сиону, создавая свои Уставы и «платформы». И несущественно то, что эти Уставы и «платформы» не только отличались друг от друга, но часто были и вовсе несовместимыми. Через все Уставы и «платформы» проступала единая верность «Сиону, из которого пойдет Тора».
В этом суть.
Совершенно очевидно, что все Уставы и «платформы», являющиеся теоретической базой сионизма, с еврейским Законом несовместимы. Несовместимость обусловлена их отрицающими друг друга функциями. Закон создавался на чужбине, в Вавилоне, предназначался для рассеяния народа средь «всех земель» и временного на этих землях проживания. Уставы и «платформы», напротив, создавались для «Исхода из Земли Северной и всех земель», киббуц галуйот и возвращения народа к спонтанной жизни на своей земле.

*****

Во-вторых, Первые Три Алийот своим опытом определили цель «Исхода из Земли Северной и всех земель» и киббуц галуйот.
Этой целью является собирание на Земле Израиля опытов народов «всех земель», адаптированных евреями в процессе рассеяния, и концентрация этих опытов в одной точке — «Сионе, из которого пойдет Тора».
В Первое 40-летие Исхода стало очевидным, что Идея Государства несопоставимо масштабней, чем полагали все, кто взялись за ее реализацию, включая самого Теодора Герцля. Объединение евреев разных стран на базе национального Государства позволило понять смысл 2000-летнего рассеяния народа, который без Государства обнаружить невозможно. Веками находясь в среде других народов, евреи впитывали их опыты, однако, не полностью (это было бы уже ассимияцией), а отбирая лишь элементы, совместимые с элементами собственного еврейского опыта. Этот интуитивный отбор позволил создать разнообразие еврейских опытов, сплавленных из еврейских и нееврейских элементов. Наличие нееврейских элементов в каждом таком опыте привело к несовместимости новых еврейских опытов. Результат проявился уже в самом начале 40-летнего периода в виде несовместимости представлений о том, что есть «Государство», «Труд», «Культура» и проч. у российских «палестинофилов» и «западных» сионистов.

Государство позволило сделать поразительное открытие: Сион мистическим образом способен проделать обратное действие: отделить зерна от плевел, выбирая из разнообразия новых еврейских опытов и различных идеологических Уставов и «платформ» лишь то, что необходимо для воссоздания Государства.
Этим и объясняется единение таких людей как Теодор Герцль, Ахад-ха-Ам, Давид Бен-Гурион, Зеэв Жаботинский, Ахарон Давид Гордон, Йосеф Трумпельдор, Бер Борохов и многих других. По своим личным качествам и убеждениям эти люди настолько отличались друг от друга, что не только их сотрудничество в каком-либо деле, но даже простое человеческое общение представить себе невозможно. В сотрудников, взаимодополняющих друг друга как раз благодаря отличию друг от друга, их превратил Сион. Говоря образными языком Владимира Евгеньевича (Зеэва) Жаботинского, «каждое сердце излучало что-то», но «экрана в небесах» достигало лишь достойное сплавиться в единое целое и ответить «могучим потоком света».

Таким образом, сплавление опытов, а не Государство как таковое, определилось в качестве главной задачи сионизма.
Еврейский Закон не позволял решить эту задачу, а, напротив, ее решению препятствовал, так как культивировал различия традиций разных еврейских общин. Организация, какой бы она ни была, и какой бы Устав не приняла, в том числе и Сионистская организация, которую создал Теодор Герцль, в принципе не в предназначена для решения задачи такого уровня. Все решила нематериальная субстанция опыта, каковой обладал только Третий Рим, Российская империя.
В опыте Третьего Рима содержались элементы, которые адаптировали евреи Российской империи, чтобы, сплавив их с элементами еврейского опыта, создать качественно новый опыт российского еврейства. Этот уникальный сплав был той силой, которая подняла народ и повела его на Землю Израиля возводить Третий Храм.

*****

Опытом, обретенным евреями в Третьем Риме, объясняется множество фактов, которые до сих пор будоражат израильское общество и порождают вопросы, на которые никто не находит ответов. Кроме вопроса о причине, по которой Первые Три алийот состояли преимущественно из евреев Российской империи, есть еще один вопрос, касающийся количества энтузиастов, которым удалось совершить невозможное: поднять народ.
И в самом деле, сколько их было?
Первая алия насчитывала 60 000 человек, из которых 30 000 покинули Эрец Исраэль, не выдержав трудностей, с которыми столкнулись. Вторая алия также была немногочисленна — всего около 33 000 человек, среди которых единомышленники Бера Борохова насчитывали всего 3000 человек. Третья алия — 37 000 человек, среди которых единомышленники Йосефа Трумпельдора также были в меньшинстве (число членов «Трудового батальона» к концу первого года составяло всего 560 человек).
Но в том-то и дело: все решило не количество людей, а качество, качество опыта евреев Третьего Рима. Воссоздавая Государство Израиля эти полностью ассимилированные евреи говорили о Третьем Храме в его вселенском значении. Казалось бы, ничего неожиданного: ведь этот вселенский элемент опыта содержится и в еврейском Законе в виде жертвоприношений за все народы мира, которые евреи в будущем должны будут приносить в восстановленном Третьем Храме.
Но в самом ли деле еврейский Закон и деятели Первых Трех алийот говорили об одном и том же Третьем Храме?

*****

Ответ на этот вопрос уже дал сам народ.
До начала 40-летия Первых Трех алийот два раввина — рав Калишер и рав Алкалай, — которых принято считать провозвестниками сионизма, призвали к возвращению евреев на Землю Израиля. Многие идеи, которые потом осуществляли Теодор Герцль и деятели Первых Трех алийот, высказывали уже эти раввины. Они говорили о вещах реальных: о национально-патриотическом движении, о выкупе земли у турок, о строительстве поселений, о возвращении народа к земледелию, о военной подготовке и т.д. Они не ограничивались рассуждениями о политических и хозяйственных проблемах, а развернули серьезную организационную деятельность. Самое же главное то, что разговаривали они с народом на привычном языке Закона. Рав Калишер даже призывал до возведения самого Храма возобновить жертвоприношения, законы которых изучались во всех ешивах.
Однако, народ призыву не внял. Народ пошел за теми, чье представление о Третьем Храме не имело ничего общего с Законом.

Лиора Зив-Ами           lioziva.livejournal.com/32584.html

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

одиннадцать + одиннадцать =