Высказывания, которые не забудутся.

Фридрих Густав Эмиль Мартин Нимёллер родился в Германии в 1892 году. В годы Первой Мировой войны, будучи ещё совсем молодым, служил офицером на подводной лодке, был награждён за боевые успехи.. Далее стал протестантским (лютеранским) пастором. Поддерживал нацистскую партию, ещё до её прихода к власти, полагая, что она сумеет навести в стране больший порядок. Кроме того, его раздражала атеистическая антицерковная политика коммунистов и социал-демократов. Германия по религиозной принадлежности расколота на два почти равных лагеря: римских католиков и протестантов-лютеран. При этом протестантская церковь была явно на стороне нацистов, в то время как католики были настроены более оппозиционно. М. Нимёллер удостоился похвал в нацистской прессе за поддержку партии и своё военное прошлое.
Мартин Нимёллер, однако, забыл, что он имеет дело с диктаторским режимом, который стремится взять под свой контроль всё, что есть в стране. Разумеется, нацисты попытались перевести под свой полный контроль и протестантскую церковь, в то время как М. Нимёллер полагал, что церковь от властей должна быть независима. После прихода нацистов к власти у него скоро начинаются расхождения с ними, которые завершаются организацией самостоятельной так называемой Конфессионной Церкви, которая преследуется нацистами и становится символом сопротивления им. Хотя и не по расовым и социальным вопросам, но в основном по вопросу отношения государства и церкви. А сам М. Нимёллер высказывает независимые, противоречащие нацистской идеологии суждения в любом удобном и неудобном случае. При том, что основная часть протестантской церкви активно поддерживает или, по крайней мере, не противодействует нацистам.
Что же касается евреев, то ни одна церковная группа, в том числе и Конфессионная Церковь, не выступает с официальным протестом против их преследования, даже в годы, когда осуществляется «окончательное решение еврейского вопроса». Церкви пытаются защитить лишь своих членов еврейского происхождения (то-есть сменивших вероисповедование), либо евреев состоящих в браке с арийцами, членами этих церквей, в остальном оставаясь в лучшем случае нейтральными, а часто и враждебными по отношению к евреям. Церковные деятели в основном согласны с нацистским тезисом, что евреи играют слишком большую роль в жизни Германии.

До 1937 года пастор остаётся на свободе. Его церковный приход находится в фешенебельном районе Берлина, у него там влиятельные друзья из прихожан. А, кроме того, он уже – человек известный и иностранная пресса не обходит его своим вниманием. Но в конце концов терпение нацистов кончается, пастора арестовывают, предъявляют обвинение в измене, суд находит его виновным, но наказание он получает лишь условное. В дело вымешивается сам фюрер и по личному указанию Адольфа Гитлера следует повторный арест с последующей отсылкой в концлагерь Заксенхаузен. Там и в другом концлагере Дахау, куда его перевели в 1941 году, он и провёл время до окончания войны и лишь волею случая оставшись в живых.
После войны М. Нимёллер возвращается к своей пасторской деятельности и становится одним из инициаторов той активности, которая приводит к публикации документов, в которых протестантская церковь Германии признаёт свою вину и раскаивается за своё соучастие в преступлениях нацистского режима, который заставил страдать такое количество людей. В 1961 году он избирается одним из президентов Всемирного Совета Церквей, высшего мирового органа протестантской церкви.
Далее становится убеждённым пацифистом, пытается сблизить Восточную и Западную Европу, посещает Москву в 1952 году, а в 1967 году ему присуждается Международная Ленинская премия мира. Во время войны во Вьетнаме посещает Северный Вьетнам в 1967 году и встречается там с коммунистическим лидером Хо Ши Мином, активно борется за ядерное разоружение. Скончался в 1984 году в возрасте 92 лет.
После освобождения из нацистского концлагеря в апреле 1945 году пастор М. Нимёллер в ноябре того же года ещё раз посетил Дахау и после этого в его дневнике появились наброски, из которых в начале 1946 года родились следующие строки:
«Сначала они пришли за коммунистами, Но я промолчал потому, что я не коммунист. Затем они пришли за евреями, Но я промолчал потому, что я не еврей. Затем они пришли за членами профсоюзов, Но я промолчал потому, что я не член профсоюзов. Затем они пришли за католиками, Но я промолчал потому, что я – протестант. Затем они пришли за мной, Но к этому времени уже не осталось никого, кто бы мог защитить меня».
По немецки это было изложено в стихотворной форме в виде маленькой поэмы и она сразу стала весьма популярной. Существует много её вариантов, ибо нацисты преследовали множество разных групп людей (психически больные, свидетели Иеговы, гомосексуалисты и т.д.). Более того, в реальности аресты шли в следующем порядке: коммунисты, социалисты, члены профсоюзов, евреи, церковные диссиденты, католики и протестанты, такие как пастор М. Нимёллер. Но сути дела и направленности высказывания это совершенно не меняет. Приведённый выше текст взят из речи самого М. Нимёллера, которую он произнес на теологическом семинаре в городке Декатур (штат Джорджия) в 1959 году. 14-го октября 1968 года Мартин Нимёллер выступил в Конгрессе Соединенных Штатов и это высказывание (правда в чуть отличном от приведённого виде) попало в протоколы заседаний Конгресса.

*****

Французский король Людовик 14-й вступил на престол в 1643 году, будучи пяти лет от роду, в 1661 году стал реальным правителем после смерти своего первого министра кардинала Мазарини, практически правившего до этого, и управлял своей страной по 1715 год, нося титул Короля Франции и Наварры более 72 лет. Неофициально носил титул «Король-Солнце». Верил в божественное происхождение королевской власти и полагал, что власть монарха должна быть неограниченной. Способствовал консолидации Франции в единое государство и укрепил абсолютную монархическую власть, продержавшуюся в стране до Французской революции.
Среди подданых Короля-Солнца был некто по имени Блез Паскаль (1623 – 1662), гениальный математик, физик и религиозный философ. Будучи человеком слабого здоровья Б. Паскаль прожил недолгую, но очень яркую жизнь, оставив после себя богатое наследство: первые работы, заложившие основы сегодняшней математической теории вероятности, первая вычислительная машина, содержавшая лишь механические детали, формулировки законов гидравлики, работы в области пространственной геометрии и многое другое, за что благодарное человечество уже в наши дни присвоило его имя улице в Париже, вулканическому кратеру на луне, компьютерному языку, международной единице измерения давления и т.д.
Так вот, легенда гласит, что однажды Людовик 14-й попросил своего гениального подданного привести ему доказательства существования сверхнатуральных, то-есть не поддающихся логическому анализу вещей в природе, своего рода чудес. «Еврейский народ, Ваше Величество!» — так ответил Блез Паскаль своему королю. Видимо, тот факт, что еврейский народ сумел дотянуть до 17-го века, когда жил Б. Паскаль, в нарушение всех законов истории, выглядел в глазах многознающего французского учёного настоящим чудом. Можно лишь предположить, что бы он сказал сегодня, глядя на Израиль, слушая язык иврит, который снова стал разговорным и т.д.

Мне довелось встретить эту же историю, рассказанную чуть по иному. Вернеее, суть та же самая, другие лишь действующие лица. На сей раз короткий диалог состоялся между Канцлером Германии Отто фон Бисмарком и немецким Императором Вильгельмом Первым. Вильгельм из королевской семьи Гогенцоллерн (1797 – 1888) был поначалу Королём Пруссии, а с 1871 года первым Императором объединенной Германии. А ключевую роль в этом объединении страны сыграл Отто Эдуард Леопольд фон Бисмарк (1815 – 1898), «железный канцлер» как его называли, ведущая фигура не только германской, но и европейской политики второй половины девятнадцатого века.
Существует известный рассказ, когда Император Германии Вильгельм Первый спросил у своего Канцлера: «Можете ли Вы доказать мне существование Бога?» На что Отто фон Бисмарк ответил: «Евреи, Ваше Величество! Евреи!».

*****

Споры идут о происхождении многих известных людей, рожденных в еврейских семьях и далее по тем или иным причинам перешедшими в христианство. Я уже упоминалл о подобной ситуации с Карлом Марксом. Ещё один человека со схожей судьбой это Антон Рубинштейн (1829 – 1894). Антон был пианистом виртуозом, одним из лучших в Европе, который соперничал с самим Ференцем Листом (возможно, это и стало одной из причин неприязни Ф. Листа по отношению к евреям), и известным композитором. А, кроме того, он был основателем первого музыкального высшего учебного заведения в России – Консерватории в Санкт-Питербурге. Второе подобное учебное заведение было основано в Москве его родным братом Николаем.
Родился Антон в местечке Вихватинец, в северной Бессарабии, около 150 километров к северу от Одессы, в состоятельной еврейской семье. Когда ему было около пяти лет семья перешла в христианство по сугубо практическим соображениям, чтобы обойти ограничения, налагаемые на коммерческую деятельность евреев. Будучи христианской семья смогла перебраться за пределы черты оседлости в Москву, где открыла небольшую фабрику. Там Антон и вырос.
Разумеется, Антону Рубинштейну никак не давали забыть своё происхождение и о своей ситуации он выразился следующим образом:
«Русские называют меня немцем, немцы называют меня русским, евреи зовут меня христианином, а христиане – евреем.»

Чуть иное, но близкое по стилю высказывание принадлежит знаменитому ученому, физику-теоретику, создателю теории относительности Альберту Эйнштейну (1879 – 1955), который никогда не отрицал своё еврейское происхождение, но из-за разного рода обстоятельств был вынужден менять страны проживания. Фраза А. Эйнштейна звучит следующим образом:
«Если моя теория относительности окажется успешной, то немцы будут заявлять, что я немец, а французы скажут, что я гражданин мира, если же моя теория не будет успешной, французы скажут, что я немец, а немцы объявят, что я – еврей
В течение своей жизни А. Эйнштейн произносил эту фразу несколько раз, чуть меняя её построение. Вот ещё один вариант. Чуть другие слова, не меняющие суть дела.
«Предлагая теорию относительности вниманию широкого круга лиц сегодня в Германии я назван немецким человеком науки, а в Великобритании я представлен как швейцарский еврей. Если эта теория будет признана ошибочной, то эти определения поменяются местами и я стану швейцарским евреем для немцев и немецким человеком науки для англичан.»

*****
Имя нашего современника поэта Евгения Александровича Евтушенко прекрасно известно каждому мало-мальски образованному русскоязычному читателю и посему нет никакой нужды приводить его биографические данные. Родом он из Сибири и в нём смешалась русская, украинская и татарская кровь, еврейской у него нет ни капли. Вот, что сказал о себе сам поэт:
«У меня нет ни капли еврейской крови, но меня так сильно и упорно ненавидит каждый антисемит, как- будто я — еврей. И потому я – настоящий русский.»    За что Е. Евтушенко досталась такая ненависть и такая любовь с другой стороны нет нужды писать, достаточно лишь назвать его поэму «Бабий Яр». А вот антипод Е. Евтушенко, которого зовут Хайнц Альфред Киссингер, много более известный как Генри Альфред Киссинджер или просто Генри Киссинджер, американский политолог и дипломат. Родился в баварском городе Фюрт в еврейской семье, отец – школьный учитель Луи Киссингер (семейная фамилия происходит от названия баварского городка Бад-Киссинген). В 1938 году семья после «Хрустальной ночи» бросив всё бежала в Соединенные Штаты и осела в Нью-Йорке. Там юный Хайнц Киссингер стал Генри Киссинджером. На счету у Г. Киссинджера позиции советника по национальной безопасности, а затем Государственного Секретаря при президенте Ричарде Никсоне, с 1969 и по 1977 годы он определял внешнюю политику Соединенных Штатов. Ричард Никсон, мягко говоря, не питал никаких дружеских чувств к евреям, Г. Киссинджер, сам будучи чистокровным евреем и членом семьи, которую лишь случай спас от концлагеря и газовой камеры, полностью разделял чувства своего босса. Чего стоят его слова, сказанные в 1973 году:                                                                                                                 «Эмиграция евреев из Советского Союза – не цель американской внешней политики. И даже, если евреи будут отправлены в газовые камеры в Советском Союзе, это – не предмет заботы для Соединенных Штатов. Разве что предмет гуманитарной заботы.»                                                                       По другим случаям Генри высказался ещё яснее:                                                      «Если бы не факт моего рождения (видимо, имелась в виду его еврейская семья), то я наверняка стал бы антисемитом.»                                                        «Если народ преследовали в течение двух тысяч лет, то, наверное, он сделал что-то такое, чем заслужил эти преследования

К высказываниям славянина Евгения Евтушенко и еврея Генри Киссинджера комментариев у меня нет.

Вениамин Чернухин                                                                                                  Июль 2011

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

шесть + 9 =